Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»

25 мая 2016
4 615
Валерий Симонов: «Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»
Суворовец Володя Резун / Фото из архива автора

Из воспоминаний военного разведчика Валерия Симонова – бывшего однокурсника Владимира Резуна (Виктора Суворова).

— В 1978 году, будучи завербован английской разведкой, из Женевы вместе с семьёй сбежал капитан Советской армии Владимир Резун. Он работал в легальной резидентуре военной разведки под прикрытием Постоянного представительства СССР при Европейском отделении ООН. Своим предательством Резун сломал десятки человеческих судеб. Впрочем, шпионская карьера в Великобритании у него не задалась. А известность он приобрёл благодаря серии книг с собственными версиями событий из истории СССР. Это литература, которая носит название квазиисторической, где некоторые реальные события переплетаются с художественным вымыслом, а факты подстраиваются под авторскую теорию, какой бы неправдоподобной она ни была.

Валерий Симонов: «Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»
Курсант второго курса Киевского высшего общевойскового командного училища Владимир Резун / Предатель и беллетрист Суворов-Резун

Как этот человек стал предателем? Каким образом повлияли на это его личные качества и поразительный для бывшего суворовца и обычного курсанта карьерный рост? Кто виноват в том, что произошло в Женеве 10 июня 1978 года?

На все эти вопросы отвечает полковник в отставке Валерий Алексеевич Симонов. Он учился в военном училище на одном курсе с Резуном-Суворовым, и его фамилия довольно часто упоминается в книгах предателя…

В прошлом Валерий Симонов – профессиональный разведчик с опытом работы более 25 лет. Окончил Суворовское военное училище и три высших учебных заведения – Высшее общевойсковое командное училище, Военный институт иностранных языков и Электротехнический институт связи. Владеет четырьмя иностранными языками. Имеет более трёхсот журнальных и газетных публикаций. Симонов был начальником разведки армии в Закавказском военном округе. В 1993 году он уволен из Вооружённых сил в связи с травмой, полученной в рукопашной схватке с боевиками при охране штаба армии. В настоящее время работает переводчиком и преподавателем английского и немецкого языков в университете.

Комплекс Наполеона

За известным псевдонимом «Виктор Суворов» скрывается предатель Владимир Богданович Резун, с которым я учился в Киевском высшем общевойсковом командном училище, или – сокращённо – КВОКУ. Мы были в одной роте, но в разных взводах: я в первом, он во втором. В казарме наши взводы размещались рядом, так что все были на виду друг у друга от подъёма до отбоя.

Особых дружеских отношений с Резуном у меня не было, хотя в ряде своих книг он представляет меня как «мой друг», «мой добрый приятель», «мой хороший приятель». При этом он всегда указывает мою последнюю должность – начальник разведки армии. Точно так же он упоминает сокурсника Виталия Радецкого, который стал генерал-полковником и министром обороны Украины. С Виталием я был в одном отделении и не замечал, чтобы у него была дружба с Резуном. Многократное упоминание нас в своих книгах является ловким приёмом, который Резун применил для придания себе значимости.

Многие годы я пытался найти ответ на вопрос: почему из двухсот лейтенантов выпуска 1968 года всё же один оказался предателем? Прокручивая время назад, я понял, что предательство Резуна было закономерным и предпосылки к нему проявлялись ещё в курсантские годы…

Когда после выпуска из КВОКУ я узнал, что Резун служит в разведке, моему удивлению не было предела. Во-первых, из всего выпуска у него была самая слабая физическая и боевая подготовка. Конечно, основное оружие разведчика – это аналитический ум, но через спорт вырабатываются воля, самообладание, умение держать удар и побеждать в любой ситуации. Всё это автоматически переносится на любую деятельность. Резун же cпортом не занимался, в соревнованиях по единоборствам не участвовал.

Во-вторых, меня потрясала стремительность его карьеры. Всего пару месяцев пробыл в должности командира учебного взвода в учебном полку, затем пару лет на штабной работе в армии и округе. Фактически без службы в войсках был направлен в военную академию, которую окончил в возрасте 27 лет, благодаря чему за всю историю данного учебного заведения стал самым молодым выпускником. Потом четыре года работал в резидентуре ГРУ в Швейцарии. В июне 1978 года капитан Резун с семьёй сбежал к англичанам. Пострадали все, с кем он соприкасался по учёбе и работе: они были отозваны из зарубежных стран и навсегда стали «невыездными». Не миновала сия участь и меня. Не забуду, как в 1978 году представители КГБ дотошно расспрашивали меня о Резуне…

Мягко говоря, многие заявления Резуна вызывают у меня обоснованные сомнения. А говоря проще, он постоянно лжёт. Например, на своём официальном сайте он пишет, что принимал участие в операции «Дунай», в ходе которой войска стран Варшавского договора вошли в Чехословакию. И якобы командовал там танковой ротой. Ни того, ни другого не было. Мы выпустились из училища лейтенантами 26 июня 1968 года и через три дня убыли в полевые лагеря на трёхмесячные курсы по подготовке командиров БМП-1. В первых числах октября нас всех без исключения отправили в отпуск, который длился ровно месяц плюс дни на дорогу в оба конца. Таким образом, в войска мы прибывали не ранее первых чисел ноября, а ввод войск в Чехословакию произошёл на два месяца раньше – 21 августа 1968 года.

Сомнительно и заявление Резуна о том, что он, человек физически слабый и без опыта командования, сразу после выпуска из училища был допущен к командованию танковой ротой. В те времена (1960-е – 1980-е годы) в войсках процветала дедовщина. Этому способствовала периодическая амнистия заключённых, которым дали возможность реабилитировать себя военной службой на благо государства. Тюремные порядки утвердились в казармах.

С этим пришлось столкнуться и мне. На второй день после прибытия в разведывательную часть меня назначили ответственным офицером по роте. Утром на подъёме старослужащие продолжали спать, не воспринимая мою команду «Подъём!». Тогда я просто из-под каждого выдернул матрац и добился, чтобы они со всеми солдатами вышли на утреннюю физзарядку. Днём я построил роту перед казармой для следования на обед и вернулся в казарму, чтобы проверить, кто не встал в строй. За спиной возникли трое рослых старослужащих. Один из них со словами: «Ты чего, лейтенант, устанавливаешь у нас свои порядки?» сильно ударил меня кулаком под сердце. Через несколько секунд все трое оказались на полу: один без сознания, а двое жадно глотали воздух. Конечно, в наше время за это меня бы судили. Но тогда иначе было нельзя. Удар под сердце – как раз чисто тюремный приём. После него не остаётся следов, а сердце, если оно наполнено кровью, может просто разорваться. Диагноз – разрыв сердца. Когда я снова вышел из казармы, весь строй изумлённо смотрел на меня.

Кстати, уже упомянутый Виталий Радецкий тоже столкнулся с дедовщиной. Когда его представляли личному составу роты, один из «авторитетов» казармы бросил реплику: «Скоро обломаем ему рога», что вызвало оскорбительные усмешки в строю. Виталий, который в училище был чемпионом по боксу в тяжёлом весе, не сдержался и нанёс «авторитету» нокаутирующий удар. Строй замер. Виталий распорядился отнести пострадавшего в умывальник и привести в сознание. Через полгода он был назначен командиром той роты. Что касается Резуна, то он начал службу в учебной части, в которой был строгий отбор солдат на сержантскую должность и всё подчинялось учебному процессу. В линейных частях всё было иначе…

И снова о лжи Резуна. Он утверждал, что окончил Харьковское высшее танковое командное училище, хотя никогда там не учился. По-видимому, этот обман нужен был Резуну, чтобы представить себя как крупного специалиста по советским танкам – любимому предмету его критики.

А самореклама проявилась и в том, что после бегства на Запад Резун стал именовать себя только Виктором Суворовым. И дело тут совсем не в том, что его псевдоним якобы придумали издатели. Резун был человеком с множеством комплексов (об этом мы ещё поговорим), и ему нужно было внутреннее ощущение «величия». Имя Виктор означает «победитель», а фамилия Суворов олицетворяет собой российского военного гения, не знавшего поражений. Предатель вообразил себя этаким сверхчеловеком, для которого нет ничего невозможного и недозволенного.

Претензии Резуна на исключительность использовали английские разведчики, которые его вербовали. У них Резун проходил под кличкой Наполеон. И, видимо, не случайно. Как и настоящий Наполеон, он тоже маленького роста, с короткими полными ногами и с гипертрофированным самомнением. Единственное отличие – военных побед он не одерживал…

Каверзный курсант

Тому, кто был на казарменном положении, не надо объяснять: там все прекрасно осведомлены друг о друге. Любой человек изучен, как говорится, с головы до пят. Резун примыкал к сильным и высокомерно относился к остальным. Заметны были черты лакейства и работы на публику. Не зря в курсантской среде к Резуну приклеились уменьшительно-ласкательные клички Вовчик и Елдунчик. Во-первых, он был невысокого роста, полноватый, физически слабый и имел проблемы со зрением, что сказывалось на учёбе. На выпускном экзамене за него стрелял сокурсник Анатолий Дуров (впоследствии полковник), а на трёхкилометровом кроссе Вовчика тащили под руки сокурсники, чтобы взвод уложился в положительный норматив. Ему было очень трудно в нашей суровой мужской среде, где господствовал культ силы. Практически все были атлетами.

Валерий Симонов: «Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»
Лейтенант Валерий Симонов на парашютной подготовке, 1969г.

Я сам был чемпионом училища по гимнастике и по борьбе самбо. Часто уходил в самоволку и за деньги боролся под чужой фамилией за какую-нибудь команду на городских соревнованиях. Выступал по всем видам борьбы: самбо, вольной или греко-римской. За 3–4 схватки я получал три рубля, что по тем временам было довольно приличной суммой (банка сгущёнки стоила 55 копеек, бутылка молока – 13 копеек, жареный пирожок с повидлом – 5 копеек). Курсантское денежное довольствие тогда составляло всего 10 рублей в месяц. Всё это пишу к тому, что через спорт я стал универсальным бойцом, для которого риск и победа были как наркотик. Должен сказать, что начальную подготовку разведчика я получил в самоволках, в которых мне приходилось скрытно передвигаться, избегая патрулей и офицеров из училища.

Вторая кличка приклеилась к Резуну, когда курсанты увидели его голым в бане. Природа, несмотря на женоподобную фигуру, одарила его большим мужским «достоинством». Здесь бы радоваться, но Вовчик явно комплексовал по отношению к женскому полу. На четвёртом курсе ради хохмы мы закрыли Вовчика в комнате с одной страждущей девицей, которую часто можно было видеть у забора училища. Через некоторое время раздался пронзительный женский крик, от которого мы все в испуге разбежались. Через два дня та же девица настойчиво просила нас организовать встречу с «курсантиком» снова.

Ежегодно выпускники Суворовского военного училища и КВОКУ собираются в Москве. Когда речь заходит о Резуне, о его именуют не иначе как «гадёнышем», потому что с момента своего побега на Запад он неистово очерняет Россию и её историю. Ему всегда нравилось провоцировать кого-нибудь. Я вспоминаю, как перед лекциями в училище он специально готовился к тому, чтобы поставить преподавателей в затруднительное положение своими каверзными вопросами. Видно было, что он получал от этого сладостное, чуть ли не садистское удовольствие. Надо отдать ему должное – он хорошо знал технику зарубежных армий, особенно танки. Он единственный на курсе выписывал журнал «Зарубежное военное обозрение» и углублённо изучал немецкий язык.

И ещё один штрих, говорящий о трусости предателя. Когда он сбежал в Лондон, его отец отправился туда, чтобы встретиться с сыном. Он добивался этой встречи аж 17 дней. Но сын отказался встретиться с родным отцом, подтвердив это письменно и видеозаписью. Явно струсил. Известно, что отец, узнав о предательстве сына, плакал, а дед внука-предателя повесился, оставив записку: «Иуда, проклинаю!» Каково было старшему брату Александру, который искренне посвятил свою жизнь офицерской службе? Когда младший брат сбежал, Александр был майором ракетных войск. Ему, правда, дали возможность служить дальше. Он уволился на пенсию в звании подполковника.

В моей памяти Резун отпечатался как чудик, который при исполнении по радио гимна Советского Союза обязательно принимал стойку смирно и прикладывал руку к голове в воинском приветствии. Так и стоял на протяжении всего звучания. Тогда мы посмеивались над его ярко выраженным патриотизмом. Казалось, что за свою родину и вооружённые силы он готов закрыть грудью амбразуру. И ещё один примечательный факт – в училище Резун был ярым коммунистом. Он стал членом КПСС в 19 лет, что было необычным в нашей курсантской среде. Например, я, как и большинство моих сокурсников, стали членами КПСС после нескольких лет службы в войсках.+

Везде, где это только возможно, Резун пафосно заявляет, что приговорён в СССР к смертной казни. Предваряя фильм «Аквариум, или Одиночество шпиона», он продекламировал: «А вы когда-нибудь были знакомы с человеком, который имеет смертный приговор? Если никогда не были знакомы с таким человеком, то знакомьтесь…»

Никакого официального «смертного приговора» не было. У меня это вызвало только смех. Мне, например, боевики трижды выносили смертный приговор. И однажды чуть не привели его в исполнение. Ночью при обходе здания штаба армии я столкнулся с тремя разведчиками отряда боевиков, которые пытались захватить здание. В подвале было складировано много оружия и снаряжения. Я не успел выхватить пистолет, а они кололи меня ножами, чтобы не поднимать шум. Я потерял сознание, и боевики, полагая, что я мёртв, сбросили меня в подвальный проём окна. Это меня и спасло, потому что мои бойцы дали несколько очередей в направлении шума схватки. Захват штаба сорвался.

Потом я долго лечился в военном госпитале. Итогом той эпопеи стала запись в моём личном деле: «В результате рукопашной схватки с боевиками при охране штаба армии получил травму, не совместимую с продолжением дальнейшей воинской службы. Подтверждено документально». На этом моя карьера офицера и разведчика завершилась.

Валерий Симонов: «Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»
Будущий предатель, а пока лейтенант Советской Армии Владимир Резун

Компилятор с большими ножницами

В автобиографии Резун позиционирует себя как «профессиональный разведчик, офицер ГРУ, военный историк, писатель». Что касается «профессионального разведчика», то термин по отношению к нему, пожалуй, неупотребим. Мало того что у Резуна отсутствовали профессиональные навыки и качества. Он был офицером всего 10 лет, из которых в разведке пробыл меньше половины. По воспоминаниям его бывших коллег, излюбленной работой Резуна было чтение открытых источников информации и вырезание статеек из газет и журналов. Потом он их компилировал и представлял в отчётах как информацию, добытую из закрытых источников. Его главным инструментом в разведке были ножницы.

Для сравнения: я проработал в разведке четверть века. Прошёл все её виды – от разведывательно-диверсионной до радиоэлектронной, от тактической в приграничной полосе стран НАТО до оперативной на всех ТВД (театрах военных действий). Заниммался вербовкой. И меня пытались вербовать, безуспешно.

Помню напутствие одного из моих начальников: «Профессиональным разведчиком ты станешь лет через 10–15. Твои таланты без опыта работы стоят немного». Предатель не может называться профессиональным разведчиком уже по той причине, что обязательным качеством любого разведчика является его надёжность по отношению к своим. Резун предал своих родителей и родственников, предал кадетское и офицерское братство, предал войсковое товарищество и страну. Его измена – преступление без оправдания и прощения. Резун даже не может считаться офицером, так как неотъемлемым качеством человека этого высокого звания является долг чести, который обязывает сохранять верность присяге, служить Отечеству верой и правдой. Честь может быть потеряна только однажды, потом на всю жизнь – бесчестье…

Любое предательство – это всегда громадный моральный и материальный ущерб для страны. Прежде всего виноваты непосредственные начальники Резуна, которые писали необъективные характеристики и тем самым способствовали его продвижению по службе. Виновата существовавшая тогда система, которая превратила армию в кормушку для проходимцев, стяжателей и карьеристов. Они занимали должности, не соответствующие их подготовке и моральным качествам. В приоритете был не профессионализм, а преданность системе.+

В мирное время это ещё было не так опасно, но в боевой обстановке из-за таких горе-командиров гибли целые воинские части. Виноваты и родители, которые всячески оберегали младшего сына от житейских забот. Отец, в прошлом майор-фронтовик, с помощью своих однополчан при высоких должностях двигал сыночка в Суворовское военное училище, КВОКУ, в военную академию, в разведку. Но разведка – это суровая среда, в которой выживают сильнейшие, а слабые духом либо уходят из неё, либо из них лепят предателей. Именно так и произошло с Резуном.

У меня лично двойственное отношение к сокурснику. С одной стороны, я его презираю и считаю врагом, а с другой стороны, сочувствую тому, что жизнь он проживает в презрении своих родных и товарищей по учёбе и работе. Его презирают и на новой родине, потому что предавший однажды предаст всегда…

Сканы бумажного формата статьи:
Валерий Симонов: «Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»
Валерий Симонов: «Когда речь заходит о Резуне, его именуют не иначе как «гадёнышем»

Валерий Симонов
«Совершенно секретно»
 
Поделиться: