Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Реформа науки и военно-промышленного комплекса – два в одном

31 марта 2017
687

Реформа науки и военно-промышленного комплекса – два в одном

Поправьте меня, если я неправ: во все времена и эпохи истории человечества любое достижение в естественных науках и, что характерно, в гуманитарных науках также, прежде всего попадает на службу в ВПК и околовоенные силовые структуры.

Поскольку серьёзных возражений не последовало, принимаю своё утверждение за аксиому и отправную точку для последующих рассуждений.

Итак, отрицать неразрывную связь науки и оборонного комплекса бессмысленно, следовательно, при планах их реформирования необходимо эту связь, как минимум, учитывать и использовать, как максимум, укреплять. При этом любые попытки эту связь разорвать должны квалифицироваться, как проявление умственной неполноценности, а в случае планомерных сознательных действий, как вредительство, граничащее с изменой Родине.

Необходимость реформы ВПК диктуется изменением международной обстановки, имеющей чёткую направленность на дестабилизацию России. Для того, чтобы соблюсти максимальную точность в выборе направления реформы, необходимо рассмотреть вопрос со всех сторон, благо в настоящее время информации для анализа предостаточно. Например, крайне интересен американский опыт и, прежде всего, в качестве примера "как не надо делать". Дело в том, что американская модель идеальна для идеального рынка. Но события всего периода начала 21-го века показали, что рынок с его слабоуправляемыми движущими силами, эксплуатирующими человеческие пороки, есть модель развития общества, исчерпавшая свои резервы. То есть, любой военный институт, основанный на рыночных отношениях, порочен и подлежит немедленному демонтажу.

Проблема оборонного комплекса США в том, что он весь находится в частных руках, которые по законам рынка всегда будут стремиться сделать изделие дёшево, а продать максимально дорого. Качество при этом вторично, первична прибыль. Для рынка это нормально, ненормально для реальной армии, особенно если учесть, что личный состав так же является объектом торга, превращая солдата своей страны в наёмника, служащего исключительно за деньги по контракту. Конкуренция в американском ВПК вообще выглядит как мазохизм, особенно в высокотехнологичных областях и приводит к колоссальным суммам, часто выбрасываемым на ветер.

Наиболее показательна в этом смысле конкуренция корпораций Боинг и Локхид. Можно возразить, что в процессе работы над новыми моделями военных самолётов могут быть прорывы в разных направлениях, способные перекрыть проигрыш в борьбе с конкурентом. Но это только отчасти, а на деле же Пентагон имеет каждый раз крайне некачественную (по соотношению цена/качество) технику за огромные деньги, которые необходимы для покрытия затрат на конкуренцию и лоббирование (читай "коррупцию"). Такова реальность, в которой нет места существующей американской модели, так как при дефиците спроса из-за сокращения оборонного бюджета гигантские частные военные корпорации будут вынуждены искать заказы на стороне, что автоматически сделает их неамериканскими. Так работает рынок, которому плевать на политику, его интересует только прибыль. Таким образом, либо американское правительство национализирует свой ВПК, либо Америку ждёт печальная участь третьесортной страны, вытесняемой с различных ТВД и с непомерными долговыми обязательствами. Со всеми вытекающими...

Опыт Европы, несмотря на всё его разнообразие, неинтересен. Сегодня можно констатировать - в Европе нет армии. Так же как и нет единого мощного ВПК. НАТО - продукт англо-американской стратегии по разоружению Европы. Проект, надо признать, удачный во всех отношениях. Французские Миражи - красивая машина и летает неплохо, но когда французские лётчики видят полёт Су-шки, а тем паче забираются в пилотскую кабину, они почему-то плачут. В общем, Европейская промышленность заокеанской волей стала преимущественно гражданской, а воевать там с реальным противником, а не с туарегами на лошадях, сегодня вообще некому. Даже, несмотря на мифы о стойкости швейцарских срочников, поголовно рвущихся в армию.

Заглянем подальше на Восток, где есть Япония и Китай. Собственно, с военной точки зрения там больше никого нет. Япония даёт мало пищи для размышлений. Известно, что после Второй мировой японцы сильно ограничены в своих военных фантазиях и напичканы американскими военными базами. Для самостоятельных стратегических военных действий армия Японии не приспособлена и может лишь делать хлёсткие заявления в адрес соседей, например Китая. При этом, даже заявления произносятся только с негласного одобрения США. Китай же как раз более интересен, так как его военный бюджет сопоставим с российским и имеет большой потенциал роста в силу больших денежных ресурсов. Китайский ВПК явно не на рыночных рельсах и полностью подконтролен государству.

Но информации, к сожалению, мало. Однако её достаточно, чтобы сделать вывод: китайский ВПК неоригинален, т.к. в административном плане во многом базируется на опыте СССР, но с учётом современных реалий. Структура - корпоративная, включающая порядка 11 военно-промышленных корпораций, находящихся под прямым контролем Госсовета КНР. Каждая корпорация имеет научные подразделения и отделы конверсии. Основным недостатком китайского ВПК является большой дефицит собственных разработок и, связанное с этим, стремление к массовому копированию зарубежных образцов. Возможно в будущем этот пробел будет устранён, но пока этот опыт можно считать куцым. Тем не менее, с учётом мощной динамики ВПК Китая, что в современном мире является скорее исключением, чем правилом, этот опыт интересен в том смысле, что при рефоомировании ВПК уж точно изобретать велосипед не надо.

Вот поэтому-то, а также с учётом богатого советского наследия, способного в былые времена противостоять хоть всему миру, опыт СССР для нас является самым актуальным.

Конечно, современная Россия - уже не Советский Союз, но будучи правопреемницей, она не может игнорировать прошлое, СВОЁ прошлое. Сейчас это крайне актуально, пока ещё живы учёные и конструкторы, ковавшие лучшие образцы вооружений во всех областях ВПК.

Что мы имели по факту после разрушительных 90-х?:

- полуразрушенные советские оборонные промышленные и научные предприятия,

- предельного возраста остатки кадрового потенциала,

- либеральное правительство, не интересующееся вопросами ВПК и науки,

- отсутствие централизованного заказчика новейших средств обороны в лице МО.

- остатки почти уничтоженной советской армии, способной поставить под ружья не больше 100 тыс. штыков,

Что мы имеем по факту в начале второго десятилетия 21 века?:

- гигантский (даже по мировым меркам) оборонный бюджет,

- восстанавливающийся престиж армии, особенно с приходом нового министра: проблем с призывом не стало, а в военные училища в 2013 году конкурс увеличился в 24 раза,

- восстанавливаемые производственные мощности оставшихся военных заводов,

- коренную реформу ВПК при пассивном сопротивлении Правительства РФ.

Последнее - самый интересный пункт, хотя и малосодержательный по своему наполнению. Фактически волевым решением Президента России и при активной поддержке лишь отдельных членов Правительства (подчиняющихся президенту напрямую), выбран единственный вариант по слиянию отраслевых предприятий в Объединённые Корпорации: ОАК, ОСК, ОРКК. Думаю, что на очереди создание корпораций по бронетехнике (пока это под эгидой УралВагонЗавода) и стрелковому вооружению (хотя необходимость последней выглядит не так явно). Мне представляется такой вариант единственно верным, хотя названия и могут претерпевать изменения. Главное в сути, а суть выглядит следующим образом:

- контроль государства,

- наличие родственных и смежных предприятий под единым руководством корпорации,

- отсутствие внутренней конкуренции.

Здесь опять крайне важен последний пункт, так как в условиях мирового экономического кризиса конкуренция между оборонными заводами показала свою неэффективность и вредность. Я надеюсь, что руководители ВПК это осознают и учтут при построении внутренних структур корпораций. Здесь очень важно понимать: внутри самой корпорации могут быть КБ и заводы с одинаковым профилем, но конкуренции быть не должно! Механизм распределения заказа не должен заканчиваться выбором победителя в тендере, ведь главное - это пуск изделия в серию с минимальными затратами и максимальным результатом. В данном случае под максимальным результатом следует понимать не цену (пусть этим занимается РосОборонЭкспорт на внешних рынках), а качество изделия.

А для этого на определённом этапе необходимо объединять вместе интеллектуальный и производственный потенциал двух и более родственных предприятий и КБ для решения единой задачи. Хотя на первоначальном этапе эти предприятия и могут участвовать в тендере в качестве соперников (что то похожее на соцсоревнование), после определения победителя - они работают вместе как единый организм над доведением до серии выбранного изделия. Это касается и производственников, и конструкторов, и учёных. Я не касаюсь здесь вопросов конверсии, так как эти вопросы за рамками темы, хотя и важные в силу того, что армия - это ещё не весь народ России.

И вот здесь самое главное, что касается военной науки - учёные в ВПК должны быть в самом привилигированном положении относительно гражданской науки. И по положению, и по доходам, и по социальным благам. Хотя бы потому, что у них неизбежно возникают ограничения, связанные с режимом секретности.

Вот, собственно, и всё, что хотелось бы сказать о реформе науки. Не густо, зато жизненно необходимо в условиях резкого обострения международной напряжённости и нарастания угрозы третьей мировой войны.

Подчеркну - в структуре ВПК, ориентированной на потребности армии, не должно быть никакой конкуренции и свободного рынка. Только сплочённая, хорошо оплачиваемая, работа на общий результат.

Необходимость реформы ВПК диктуется изменением международной обстановки, имеющей чёткую направленность на дестабилизацию России. Для того, чтобы соблюсти максимальную точность в выборе направления реформы, необходимо рассмотреть вопрос со всех сторон, благо в настоящее время информации для анализа предостаточно. Например, крайне интересен американский опыт и, прежде всего, в качестве примера "как не надо делать". Дело в том, что американская модель идеальна для идеального рынка. Но события всего периода начала 21-го века показали, что рынок с его слабоуправляемыми движущими силами, эксплуатирующими человеческие пороки, есть модель развития общества, исчерпавшая свои резервы. То есть, любой военный институт, основанный на рыночных отношениях, порочен и подлежит немедленному демонтажу. Проблема оборонного комплекса США в том, что он весь находится в частных руках, которые по законам рынка всегда будут стремиться сделать изделие дёшево, а продать максимально дорого. Качество при этом вторично, первична прибыль.

Для рынка это нормально, ненормально для реальной армии, особенно если учесть, что личный состав так же является объектом торга, превращая солдата своей страны в наёмника, служащего исключительно за деньги по контракту. Конкуренция в американском ВПК вообще выглядит как мазохизм, особенно в высокотехнологичных областях и приводит к колоссальным суммам, часто выбрасываемым на ветер. Наиболее показательна в этом смысле конкуренция корпораций Боинг и Локхид. Можно возразить, что в процессе работы над новыми моделями военных самолётов могут быть прорывы в разных направлениях, способные перекрыть проигрыш в борьбе с конкурентом. Но это только отчасти, а на деле же Пентагон имеет каждый раз крайне некачественную (по соотношению цена/качество) технику за огромные деньги, которые необходимы для покрытия затрат на конкуренцию и лоббирование (читай "коррупцию").

Такова реальность, в которой нет места существующей американской модели, так как при дефиците спроса из-за сокращения оборонного бюджета гигантские частные военные корпорации будут вынуждены искать заказы на стороне, что автоматически сделает их неамериканскими. Так работает рынок, которому плевать на политику, его интересует только прибыль. Таким образом, либо американское правительство национализирует свой ВПК, либо Америку ждёт печальная участь третьесортной страны, вытесняемой с различных ТВД и с непомерными долговыми обязательствами. Со всеми вытекающими...

Опыт Европы, несмотря на всё его разнообразие, неинтересен. Сегодня можно констатировать - в Европе нет армии. Так же как и нет единого мощного ВПК. НАТО - продукт англо-американской стратегии по разоружению Европы. Проект, надо признать, удачный во всех отношениях. Французские Миражи - красивая машина и летает неплохо, но когда французские лётчики видят полёт Су-шки, а тем паче забираются в пилотскую кабину, они почему-то плачут. В общем, Европейская промышленность заокеанской волей стала преимущественно гражданской, а воевать там с реальным противником, а не с туарегами на лошадях, сегодня вообще некому. Даже, несмотря на мифы о стойкости швейцарских срочников, поголовно рвущихся в армию.

Заглянем подальше на Восток, где есть Япония и Китай. Собственно, с военной точки зрения там больше никого нет. Япония даёт мало пищи для размышлений. Известно, что после Второй мировой японцы сильно ограничены в своих военных фантазиях и напичканы американскими военными базами. Для самостоятельных стратегических военных действий армия Японии не приспособлена и может лишь делать хлёсткие заявления в адрес соседей, например Китая. При этом, даже заявления произносятся только с негласного одобрения США. Китай же как раз более интересен, так как его военный бюджет сопоставим с российским и имеет большой потенциал роста в силу больших денежных ресурсов. Китайский ВПК явно не на рыночных рельсах и полностью подконтролен государству. Но информации, к сожалению, мало. Однако её достаточно, чтобы сделать вывод: китайский ВПК неоригинален, т.к. в административном плане во многом базируется на опыте СССР, но с учётом современных реалий. Структура - корпоративная, включающая порядка 11 военно-промышленных корпораций, находящихся под прямым контролем Госсовета КНР. Каждая корпорация имеет научные подразделения и отделы конверсии. Основным недостатком китайского ВПК является большой дефицит собственных разработок и, связанное с этим, стремление к массовому копированию зарубежных образцов. Возможно в будущем этот пробел будет устранён, но пока этот опыт можно считать куцым. Тем не менее, с учётом мощной динамики ВПК Китая, что в современном мире является скорее исключением, чем правилом, этот опыт интересен в том смысле, что при рефоомировании ВПК уж точно изобретать велосипед не надо.

Вот поэтому-то, а также с учётом богатого советского наследия, способного в былые времена противостоять хоть всему миру, опыт СССР для нас является самым актуальным.

Конечно, современная Россия - уже не Советский Союз, но будучи правопреемницей, она не может игнорировать прошлое, СВОЁ прошлое. Сейчас это крайне актуально, пока ещё живы учёные и конструкторы, ковавшие лучшие образцы вооружений во всех областях ВПК.

 

Что мы имели по факту после разрушительных 90-х?:

- полуразрушенные советские оборонные промышленные и научные предприятия,

- предельного возраста остатки кадрового потенциала,

- либеральное правительство, не интересующееся вопросами ВПК и науки,

- отсутствие централизованного заказчика новейших средств обороны в лице МО.

- остатки почти уничтоженной советской армии, способной поставить под ружья не больше 100 тыс. штыков,

Что мы имеем по факту в начале второго десятилетия 21 века?:

- гигантский (даже по мировым меркам) оборонный бюджет,

- восстанавливающийся престиж армии, особенно с приходом нового министра: проблем с призывом не стало, а в военные училища в 2013 году конкурс увеличился в 24 раза,

- восстанавливаемые производственные мощности оставшихся военных заводов,

- коренную реформу ВПК при пассивном сопротивлении Правительства РФ.

Последнее - самый интересный пункт, хотя и малосодержательный по своему наполнению. Фактически волевым решением Президента России и при активной поддержке лишь отдельных членов Правительства (подчиняющихся президенту напрямую), выбран единственный вариант по слиянию отраслевых предприятий в Объединённые Корпорации: ОАК, ОСК, ОРКК. Думаю, что на очереди создание корпораций по бронетехнике (пока это под эгидой УралВагонЗавода) и стрелковому вооружению (хотя необходимость последней выглядит не так явно). Мне представляется такой вариант единственно верным, хотя названия и могут претерпевать изменения. Главное в сути, а суть выглядит следующим образом:

- контроль государства,

- наличие родственных и смежных предприятий под единым руководством корпорации,

- отсутствие внутренней конкуренции.

Здесь опять крайне важен последний пункт, так как в условиях мирового экономического кризиса конкуренция между оборонными заводами показала свою неэффективность и вредность. Я надеюсь, что руководители ВПК это осознают и учтут при построении внутренних структур корпораций. Здесь очень важно понимать: внутри самой корпорации могут быть КБ и заводы с одинаковым профилем, но конкуренции быть не должно! Механизм распределения заказа не должен заканчиваться выбором победителя в тендере, ведь главное - это пуск изделия в серию с минимальными затратами и максимальным результатом. В данном случае под максимальным результатом следует понимать не цену (пусть этим занимается РосОборонЭкспорт на внешних рынках), а качество изделия. А для этого на определённом этапе необходимо объединять вместе интеллектуальный и производственный потенциал двух и более родственных предприятий и КБ для решения единой задачи. Хотя на первоначальном этапе эти предприятия и могут участвовать в тендере в качестве соперников (что то похожее на соцсоревнование), после определения победителя - они работают вместе как единый организм над доведением до серии выбранного изделия. Это касается и производственников, и конструкторов, и учёных. Я не касаюсь здесь вопросов конверсии, так как эти вопросы за рамками темы, хотя и важные в силу того, что армия - это ещё не весь народ России.

И вот здесь самое главное, что касается военной науки - учёные в ВПК должны быть в самом привилигированном положении относительно гражданской науки. И по положению, и по доходам, и по социальным благам. Хотя бы потому, что у них неизбежно возникают ограничения, связанные с режимом секретности.

Вот, собственно, и всё, что хотелось бы сказать о реформе науки. Не густо, зато жизненно необходимо в условиях резкого обострения международной напряжённости и нарастания угрозы третьей мировой войны.

Подчеркну - в структуре ВПК, ориентированной на потребности армии, не должно быть никакой конкуренции и свободного рынка. Только сплочённая, хорошо оплачиваемая, работа на общий результат.

Поделиться: